Жизнь замечательных

Здесь всегда есть, что читать

Чужая куртка

Чужая куртка

q5ep7nxftve
Иллюстрации: Елена Ремизова

— Ой, — сказала мама: — Рома, ты кого из школы привел?
— Витьку, сына нашего… — ответил папа.
— А почему на нем написано, что его зовут Леша Черкашин?
— Где? — спросили папа и Винтик.
— Вот тут, — мама показала на внутренний карман Витькиной куртки.
То есть, как раз на Витькиной никакого кармана не было. А тут был — большой, прозрачный. Внутри записка. «Леша Черкашин, 2-й класс «Б». А Винтик учился в первом «А». И звали его Витя Самойлов.
— Какой ужас, — сказала мама: — Вы где эту куртку взяли?
— В раздевалке, — ответил Винтик. — На крючках для продлёнки.
— Куртки, наверное, одинаковые… — подсказал папа.
— Дети, наверное, тоже одинаковые. А вдруг этого Лешу родители ругать будут? Вить, ты к нему завтра на перемене подойди, извинись.
— Я на продленке подойду. Там Леш всего четверо.
Мама ушла в школу, менять куртки. Папа на кухне гудел микроволновкой. Винтик задумался.
А что, если бы папа и вправду привел домой не его, а Лешу Черкашина? Какого-то совсем незнакомого Лешу, который учится на класс старше, тоже ходит на продленку и носит такую же куртку — синюю, с оранжевым капюшоном. Вот если бы Винтик был Лешей… Или вместо Леши. Или Леша вместо него…
Винтик смотрел на свою комнату — как на чужую. На полу «Лего», на подоконнике — город с человечками. На столе пластилин и планшет. Еще вафля недоеденная, с утра осталась. И учебники лежат.
А Леша-то на год старше. Значит, он может решить любую Витькину задачку. И прописи он запросто напишет. Так что сегодняшние Витькины уроки Леша Черкашин вообще не стал бы делать. Он бы посмотрел, что в комнате интересного. Чемодан со шпионским набором? Тайная комната черепашек-ниндзя? Или, в шкафу, на полке, коробка. Винтик знает, что в ней лежит, это его коробка, а вот незнакомому Леше…
— Ой… — сказала вдруг мама: — Это кто все игрушки на пол вывалил?
Оказывается, мама уже вернулась. С Витькиной курткой — той, которая на самом деле Витькина.
— Хорошо, что твоего Лешу еще с продлёнки не забрали. Вить! Ты опять все замусорил.
— Мама, а можно я буду Лешей Черкашиным? Ну, иногда.
Но мама не разрешила.
— Ты три месяца собакой был. Я до сих пор шарфик ошейником называю.
— А хорошо играли. Мам, давай опять?
— Хватит. Никаких собак, никаких леш черкашиных. И форму повесь нормально.
Мама ушла на кухню. Витька смотрел на коробку из шкафа — совсем неинтересную.
После ужина он делал домашку по окружающему миру. В окне светила луна — желтая, как упавшее яблоко. В доме напротив горели окна. Там жили люди. Никто из них не был Винтиком. И Винтик не мог стать никем из этих людей. Только поиграть, что он — это они. Но играть во всех людей на свете — времени не хватит. Ни одному человеку.
— Витька, ты закончил?
Мама стояла у Винтика за спиной. Смотрела на тетрадку по окружающему миру. Там надо было заполнить таблицу. Две колонки получились кривые, а третья размазанная. Вместо последних букв — бледно-голубые кружки. Так бывает, когда пишешь и плачешь.
— Витя? Ты испугался, что мы вместо тебя другого мальчика с продленки заберем?
Он молчал.
— Винтик, ты нас извини. Это глупая шутка. Мы с папой больше не будем.
Винтик повернулся от тетради. Хорошо, что эта мама была его мама, а не чья-то еще.
— Мам, а давай завтра по ошибке кого-нибудь в гости заберем? Или Серого, или Ярика. Или этого Черкашина.

%d такие блоггеры, как: